Gera

Анатолий Косенко. Лучшие на Земле линии – линии женского тела Контур его… Очертания… Что мои чувства задели… Абрис волос… Подбородочка... Шейки... И Милые плечики... Груди… Соски бесподобные… Губ моих ждущие вечером… Линия талии... Мягкая… Контур пупочка... Бездонного… Верх наслаждения ясного И счастья миг бесподобного… Линия бедер прекраснейших... Вот она вдруг обрывается... И… Чудо... Точка дрожания Передо мной открывается… Словно взрыв пламени красного... Словно стон времени вечного… Словно взрыв счастья прекрасного.... Длящегося... Бесконечного… Абрис коленей и голени... Линия щи’колок славненьких… Линия стоп изумительных... Контуры пальчиков маленьких… Линии женского тела... Линии чувств человеческих… Пальцами чувства задену я... Чтоб ощутить непременно их… Геометрически выверен Путь мой - ладони - отчаянный… Линии все – бесподобные... Линии - необычайные…

Улыбаюсь. Понимаю. В очередной раз удивляюсь? Да что же это такое? Что происходит, что не так? Всё так. Лето на носу :)

В футболке сегодня ходил. Да и до мартовской зимы уже тепло было. Март холодный был и всё, все укуталась обратно :) Но весна пришла.

У нас снег был ещё позавчера :) а сегодня уже мягко говоря тепло. Перестраиваемся потихоньку.

Добрый вечер. 29 марта. Было жарко. РС постучался, не долго думая... Собираемся и держимся. До осени :)

Николай Гумилев О тебе О тебе, о тебе, о тебе, Ничего, ничего обо мне! В человеческой, темной судьбе Ты — крылатый призыв к вышине. Благородное сердце твое — Словно герб отошедших времён. Освящается им бытие Всех земных, всех бескрылых племён. Если звёзды, ясны и горды, Отвернутся от нашей земли, У нее есть две лучших звезды: Это — смелые очи твои. И когда золотой серафим Протрубит, что исполнился срок, Мы поднимем тогда перед ним, Как защиту, твой белый платок. Звук замрет в задрожавшей трубе, Серафим пропадет в вышине… …О тебе, о тебе, о тебе, Ничего, ничего обо мне!

25.03.2022 За окном зимняя весна по сей день. Приветствую. С женой сейчас прогулялись по заснеженному городу, с километр прошли, если не больше. Как ты шел..? Как обычно, отвечу. Начал за здравие... в какой-то момент жена взяла меня за руку и наш путь продолжился. Когда подходили к работе глаза уже в кучу собирались. Но идти еще вполне мог. Скажу, что ничего нового, поведение тела моего, как обычно в последнее время. В целом глаза восстановились, после госпитализации. Работу нашу сворачиваем. Чем буду заниматься ещё не знаю. Мне главное, чтобы суеты на ногах не было. Всё-таки хочется уже солнышка, когда оно будет светить, но не греть

Вассерман назвал условие появления пролива Сталина между Канадой и Мексикой https://news-ru.turbopages.org/news.ru/s/politics/vasserman-nazval-uslovie-poyavlenie-proliva-stalina-mezhdu-kanadoj-i-meksikoj/?utm_source=yxnews&utm_medium=mobile&utm_referrer=https%3A%2F%2Fyandex.ru%2Fnews%2Fstory%2FNYT_Vasserman_ne_isklyuchil_poyavleniya_proliva_imeni_Stalina_mezhduKanadoj_i_Meksikoj--7b1055571ee4a803e5bd90d2be240a6d

Я желаю тебе добра! Вероника Тушнова Улыбаюсь, а сердце плачет в одинокие вечера. Я люблю тебя. Это значит — я желаю тебе добра. Это значит, моя отрада, слов не надо и встреч не надо, и не надо моей печали, и не надо моей тревоги, и не надо, чтобы в дороге мы рассветы с тобой встречали. Вот и старость вдали маячит, и о многом забыть пора… Я люблю тебя. Это значит — я желаю тебе добра. Значит, как мне тебя покинуть, как мне память из сердца вынуть, как не греть твоих рук озябших, непосильную ношу взявших? Кто же скажет, моя отрада, что нам надо, а что не надо, посоветует, как же быть? Нам никто об этом не скажет, и никто пути не укажет, и никто узла не развяжет… Кто сказал, что легко любить? Вечер лирики. Москва: Искусство, 1965.

Это так... К слову. Сказал. Улыбаюсь.

Будем посмотреть... Что да как. Нервничать говорят вредно. Ждёмс. Лучшее конечно впереди.

Приветствую. Вино. Красное. Домашнее. Три бокала. И ноги перестали дёргаться, и знаю, что засну. Буду спать всю ночь. Плохо, хорошо- это уже второй вопрос. Вот такое действие вина, алкоголя. В моём случае. Спокойной ночи.

Где они там? Ценности. Сходим. Ещё Крымское золото зависло. Тож и переживает Ойропа, что за своим надо нам сходить. Вернуть. Просто вернуть. Смех сквозь слезы...

Эдуард Асадов Стихи о рыжей дворняге. Хозяин погладил рукою Лохматую рыжую спину: - Прощай, брат! Хоть жаль мне, не скрою, Но все же тебя я покину. Швырнул под скамейку ошейник И скрылся под гулким навесом, Где пестрый людской муравейник Вливался в вагоны экспресса. Собака не взвыла ни разу. И лишь за знакомой спиною Следили два карие глаза С почти человечьей тоскою. Старик у вокзального входа Сказал:- Что? Оставлен, бедняга? Эх, будь ты хорошей породы... А то ведь простая дворняга! Огонь над трубой заметался, Взревел паровоз что есть мочи, На месте, как бык, потоптался И ринулся в непогодь ночи. В вагонах, забыв передряги, Курили, смеялись, дремали... Тут, видно, о рыжей дворняге Не думали, не вспоминали. Не ведал хозяин, что где-то По шпалам, из сил выбиваясь, За красным мелькающим светом Собака бежит задыхаясь! Споткнувшись, кидается снова, В кровь лапы о камни разбиты, Что выпрыгнуть сердце готово Наружу из пасти раскрытой! Не ведал хозяин, что силы Вдруг разом оставили тело, И, стукнувшись лбом о перила, Собака под мост полетела... Труп волны снесли под коряги... Старик! Ты не знаешь природы: Ведь может быть тело дворняги, А сердце - чистейшей породы!

Девочке три, она едет у папы на шее. Сверху всё видно совсем по-другому, чем снизу. Папа не верит, что скоро она повзрослеет. Папа готов воплощать в жизнь любые капризы. Девочке шесть, на коленках у папы удобно. Он подарил ей щенка и большую конфету. Папа колючий, как ёж, и как мишка огромный. Папа умеет и знает вообще всё на свете. Девочке десять, и ей захотелось помаду. Сперла у мамы, накрасила розовым губы. Папа ругался, кричал, что так делать не надо. Папа умеет бывать и сердитым, и грубым. Девочке скоро пятнадцать, она повзрослела. В сумочке пачка «эссе» в потаённом кармане. Папа вчера предложил покататься на шее. Девочка фыркнула: ты же не выдержишь, старый. Девочка курит в окно и отрезала чёлку. Девочка хочет тату и в Египет с подружкой. Папа зачем-то достал новогоднюю ёлку. Девочке это давно совершенно не нужно. Девочке двадцать, она ночевала не дома. Папа звонил раз пятьсот, или может быть больше. Девочка не подходила всю ночь к телефону. Папа не спал ни минуты сегодняшней ночью. Утром приехала, папа кричал и ругался. Девочка злилась в ответ и кидалась вещами. Девочка взрослая, так говорит ее паспорт. Девочка может бывать, где захочет, ночами. Девочка замужем, видится с папой нечасто. Папа седой, подарил ей большую конфету. Папа сегодня немножечко плакал от счастья: дочка сказала, что он превращается в деда. Девочке тридцать, ей хочется к папе на шею. Хочется ёлку, конфету и розовый бантик. Девочка видит, как мама и папа стареют. В книжке хранит от конфеты разглаженный фантик. Девочка очень устала и плачет ночами. Папа звонит каждый день, беспокоясь о внучке. Девочка хочет хоть на день вернуться в начало, девочка хочет домой, хочет к папе на ручки. Девочка женщина с красной помадой и лаком. Девочка любит коньяк и смотреть мелодрамы. Папа звонил, и по-старчески жалобно плакал. В ночь увезли на карете в больницу их маму. Мама поправилась, девочка ходит по кухне. Пахнет лекарствами и чем-то приторно сладким. Девочка знает, что всё обязательно рухнет. Девочке хочется взять, и сбежать без оглядки в мир, где умеют назад поворачивать время. Где исполняются влёт все мечты и капризы. ...Где она едет, как в детстве, у папы на шее, и ей всё видно совсем по-другому, чем снизу. Мальвина Матросова

Наш современник, поэт Владимир Веров, в 2004 году написал продолжение размышлений А.С.Пушкина. Животный утоляя страх Времен двенадцатого года, Европа пляшет на костях Ей ненавистного народа. И грозный брит и грузный швед, И галл, презрительно лукавый, Плюют остервенело в след Его тысячелетней славы. И мутной злобою кипят, За них попрятавшись блудливо, Поляк спесивый, лит и лат, Эстонец – пасынок залива. Хохол с натуги ворот рвет, За ляхом тянется к европам, Спеша за шнапс и бутерброд Служить в неметчине холопом. И мир вокруг по швам трещит, И шрамы набухают кровью, А мы как прежде держим щит Пустому вопреки злословью. Умолкни, лживая молва, – Пускай узнают поименно: Россия все еще жива! Не пали отчие знамена! https://liveinternet-ru.turbopages.org/turbo/liveinternet.ru/s/users/olga-vladi/post462024227/

https://rustih.ru/aleksandr-pushkin-klevetnikam-rossii/ Александр Пушкин — Клеветникам России: О чем шумите вы, народные витии? Зачем анафемой грозите вы России? Что возмутило вас? волнения Литвы? Оставьте: это спор славян между собою, Домашний, старый спор, уж взвешенный судьбою, Вопрос, которого не разрешите вы. Уже давно между собою Враждуют эти племена; Не раз клонилась под грозою То их, то наша сторона. Кто устоит в неравном споре: Кичливый лях, иль верный росс? Славянские ль ручьи сольются в русском море? Оно ль иссякнет? вот вопрос. Оставьте нас: вы не читали Сии кровавые скрижали; Вам непонятна, вам чужда Сия семейная вражда; Для вас безмолвны Кремль и Прага; Бессмысленно прельщает вас Борьбы отчаянной отвага — И ненавидите вы нас… За что ж? ответствуйте: за то ли, Что на развалинах пылающей Москвы Мы не признали наглой воли Того, под кем дрожали вы? За то ль, что в бездну повалили Мы тяготеющий над царствами кумир И нашей кровью искупили Европы вольность, честь и мир?.. Вы грозны на словах — попробуйте на деле! Иль старый богатырь, покойный на постеле, Не в силах завинтить свой измаильский штык? Иль русского царя уже бессильно слово? Иль нам с Европой спорить ново? Иль русский от побед отвык? Иль мало нас? Или от Перми до Тавриды, От финских хладных скал до пламенной Колхиды, От потрясенного Кремля До стен недвижного Китая, Стальной щетиною сверкая, Не встанет русская земля?.. Так высылайте ж к нам, витии, Своих озлобленных сынов: Есть место им в полях России, Среди нечуждых им гробов. 1831г. Великого поэта трудно заподозрить в стремлении угодить российскому императору. Несомненно, что произведение «Клеветникам России» было написано им под влиянием искреннего чувства негодования. Оно обращено к французским публицистам, развернувшим активную кампанию в поддержку польского восстания и резко осуждавшим военное вмешательство России.(с)